Новости Идея Проекты Персоналии Библиотека Галерея Контакты Рассылка
НОВОСТИ

24.11.2015
Онтология человека: рамки и топика

24.11.2015
Статья С.А.Смирнова

14.10.2015
Забота о себе. Международная конференция


АРХИВ НОВОСТЕЙ (все)


АННОТАЦИИ

24.11.2015
Карта личности

01.07.2014
Нам нужно новое начало

03.05.2014
Человек.RU. 2014




Бизнес, государство и общество в современной России

«Лысое англофильство | Curriculum Vitae»

Бизнес, государство и общество в современной России. // Управление и власть. СПб: ЗАО «Полиграфическое предприятие», 2004, с. 277-301.

 

Г.Л.Тульчинский

Бизнес, государство и общество в современной России

 

             В последнее время ведутся оживленные дискуссии об отношении государства и бизнеса в современной России. Действительность ставит острые и серьезные вопросы, от решения которых зависит будущее российского общества. Обессиленная экономика, разъединенность людей, неспособность нации выдвинуть ярких привлекательных лидеров. В этой ситуации особую актуальность приобретает определение места и роли в развитии общества бизнеса, организованной деловой активности.

 

Значение деловой активности в общественном развитии

Место и роль бизнеса в современном обществе обусловлены его весьма существенными функциями бизнеса в общественном развитии.

            Прежде всего, это экономическая функция: вне зависимости от общественного уклада, политического режима, доминирующих религиозных взглядов, каждое общество способно существовать и успешно развиваться только при условии хозяйственной деятельности, обеспечивающей, как минимум, хотя бы воспроизводство потенциала общества. А это предполагает эффективную деловую активность, управление ею.

Не менее важна политическая функция бизнеса и менеджмента. Политическая жизнь любого общества, в конечном счете, выражает столкновение, борьбу конкретных интересов, прежде всего – экономических. Поэтому деловой мир (крупные предприниматели, топ-менеджеры, средний и мелкий бизнес, объединенный в отраслевые или региональные союзы и ассоциации) оказывает определяющее влияние на принятие политических решений, без их активного участия и поддержки не обходится ни одна избирательная кампания, формирование органов власти. Тем самым бизнес оказывается одним из решающих факторов формирования и развития гражданского общества.

            В определенной степени, деловой мир, мир бизнеса выполняет по отношению к обществу лидерскую функцию – в том плане, что его состояние, цели, характер и способы осуществления деловой активности определяют состояние общественной жизни: общие настроения, жизненные цели и т.д. Достаточно, в этой связи вспомнить социальные последствия финансового кризиса в России в августе 1998 года - как резко поменялась атмосфера в обществе, сколько людей пересмотрели свои ближайшие и перспективные жизненные планы, как изменились конкретные судьбы!? Не случайно бизнесмены и топ-менеджеры, наряду с политиками и известными деятелями культуры – главные «ньюсмейкеры», к которым приковано внимание общественности, средств массовой информации.

В этой связи можно говорить и о нравственной (этической) функции бизнеса и менеджмента. Этика деловых   отношений играет исключительно  важную, если не определяющую роль в динамике  нравственной культуры  общества. В  отличие   от   национально-этнических   традиций,  религиозных ценностей  и  норм, аккумулирующих и  сохраняющих  общие духовные ориентиры  нравственности,  этика  деловой  активности  оказывает решающее влияние на формирование реальной нравственной  культуры, выступая при этом своеобразным  практическим  ориентиром-образцом (трендом) для нравственной культуры других сфер общественной жизни.

Культурально-духовные предпосылки и традиции, вне всякого сомнения, сказываются на национально-этнических особенностях деловой активности, но если они приходят в противоречие с нравственностью, реализующееся в практике деловых отношений, складывается шизофреническая ситуация, формируется двойная мораль, когда нормы, задаваемые семейным и школьным воспитанием оказываются просто «словом», а эффективное «дело» строится на совсем других нормах и ценностях. И всегда, в конечном счете, побеждает жизнь, а не слова, не подкрепленные практикой и реальными результатами.   

В свете сказанного, становится очевидным, что в современном обществе бизнес  выполняет важнейшую модернизационную, а еще точнее - инновационную функцию, обеспечивая не только экономические условия выживания и развития социума, но и реализацию новейших достижений мировой технической, научной и гуманитарной мысли. Нельзя не признать, что переход традиционных обществ и культур к современному производству, достижениям науки, техники, медицины, гражданскому обществу, демократическим свободам, международному сотрудничеству и интеграции осуществлен именно с помощью и не основе реальной практики деловой активности.

Таким образом, можно признать, что деловой мир выступает главным связующим звеном, обеспечивающим полноценную интеграцию общества, существование и развитие социального партнерства. Не только политика, но и искусство, образование, наука, спорт в любой стране и в любом обществе не могут полноценно развиваться без поддержки со стороны делового мира. Спонсорство, патронаж, благотворительность, лоббистская деятельность… - перечень форм социального сотрудничества и партнерства можно продолжать, но все они, в конечном счете, замыкаются на сотрудничество с конкретными фирмами, корпорациями, финансовыми группами, отдельными предпринимателями, прочими бизнесменами.

Наука и искусство менеджмента, или корпоративного управления, – одно из важнейших достижений цивилизационного опыта. Это непрерывно совершенствующийся синтез теории и практики, анализа и интуиции, функциональных знаний и умения руководить подчиненными, способности плодотворно вести дела с партнерами и клиентами и поддерживать заинтересованность сотрудников в достижении целей компании.

Деловая активность (бизнес) - одна из наиболее динамичных и пластичных форм человеческой деятельности. Ее технология (менеджмент) менялась и радикально, особенно – за последнюю сотню лет. Это обстоятельство, к сожалению, не всегда учитывается в российском общественном мнении, живущем до сих пор преимущественно представлениями о бизнесе середины позапрошлого столетия, бывшего предметом марксова анализа. Но именно в последовавший за этим период бизнес проделал серьезную и радикальную эволюцию. А на наших глазах происходит эволюция культуры российского бизнеса.

В истории нет и не было ни одного народа, добившегося успеха, если он занимался самоуничижением и посыпанием головы пеплом, не искал позитивных начал в своих  поражениях  и  катастрофах, не извлекал зерен подъема из собственных падений. Понимание этого открывает путь к ответственному диалогу с миром, к реализации вектора развития, ориентированного в будущее, а главное – диалогу внутри общества. Без социального согласия у России нет пути в будущее. В этой связи роль деловой активности, бизнеса – как мотора развития – выходит на первый план.

Государство и бизнес: российская специфика

  Фактически весь российский опыт прошлого столетия есть процесс и результат великого эксперимента над обществом, экономикой, культурой, природой, человеком, его сознанием и нравственностью. На 1/6 части суши, а затем, включая страны мировой социалистической системы, с охватом всех сторон жизни общества была предпринята попытка воплощения социальной утопии царства справедливости, воспитания нового человека - и все это с претензией на научную обоснованность и нравственное совершенство. Опыт этот оказался чрезвычайно поучительным для России, для всего мира, для каждого человека.

ХХ век для России вообще был неудачен и трагичен, хотя на старте и обещал многое: экономический потенциал России начала века был равен американскому и прогноз развития был исключительно благоприятным. Но в 1905 г. последовала неудачная война с Японией и кризис власти. В 1914 г. - война, окончательно добившая монархию и экономику. В конце 1917 г. начался 1-й развал империи, в 1918-1920-х годах - гражданская война и уничтожение интеллигенции. Следующее десятилетие ушло фактически на самоуничтожение общества: крестьянства (в результате коллективизации и индустриализации), правящей элиты. 1941-1945 гг. - годы изнурительной войны, перемоловшей свыше 20 млн. человек. В 1991 г. состоялся второй развал империи, в результате непродуманных реформ страна вошла в изнурительный экономический кризис, сопряженный с деградацией промышленности. 1996 год и далее - чеченская авантюра.

Еще во второй половине 1980-х годов главными целями нашего государства были противостояние с Западом (холодная война), борьба за сферы влияния в 3-м мире, геополитическое окружение Китая, расшатывание НАТО, удержание Варшавского договора, гонка стратегических вооружений. В середине 1980-х СССР занимал первое место в мире по численности вооруженных сил, основным видам стратегических вооружений (кроме бомбардировщиков и авианосцев), количеству баз и войск за рубежом. СССР оказывал военную помощь 30 странам, наши военные эскадры бороздили воды всех океанов, мы были готовы к ведению войны, нацеленной на блицкриг в Западной Европе и на Дальнем Востоке. Но при этом валовой национальный продукт СССР был меньше ВВП стран Западной Европы в 3-4 раза, качество жизни уступало «развивающимся странам», над страной нависла постоянная угроза термоядерной войны, техногенных катастроф типа Чернобыля. Затем на наших глазах обессилившая саму себя империя рухнула.

Развал СССР обернулся для России отрицанием национальной государственности. В Восточной Европе, Прибалтике, Украине, Средней Азии, Закавказье, на Балканах высвобождение от имперского прошлого вело к возрождению национальной государственности, а в России это незаживающая рана.

Российский правовой нигилизм проявляется на всех уровнях жизни общества: от бытового до бизнеса и политики. В головах всех – от президента и депутатов до рядового избирателя просто не укладывается идея правового государства. Как это – власть ограничена законом? А на что я тогда – власть? И какая же я тогда власть? Власть на то и власть, чтобы принять тот закон, какой ей нужно!  И в результате правовое государство подменяется «диктатурой закона», на деле оборачивающейся прокурорским беспределом.

Оснований для негативных оценок и пессимистических прогнозов более чем достаточно. На протяжении всей нашей истории - как  это видно и из проведенного рассмотрения - нарастает и приобретает все более отчетливые формы безответственная  нетерпимость, ее  содержание  приобретает все более очищенный вид, она становится все более явным принципом общественного устройства и индивидуального сознания.  Можно сказать, что в наше время достигнут предел: либо российское общество действительно станет воплощением чаадаевского пророчества - идеи-урока "как не надо" другим народам  и  странам, "черной дырой", угрожающей существованию всей цивилизации, либо оно пройдет радикальное обновление, своего рода реформацию. Нежизнеспособными оказались, не выдержали поверку временем политический авторитаризм, имперский тип национальной интеграции, приверженность уравнительной справедливости.

До сих пор отечественной традицией было стремление решать частные проблемы за счет сверхнапряженного переустройства всей общественной жизни, а то и Вселенной.  Или ждать этого переустройства: "Опять у власти не те", "Распустили всех демократы (партократы и прочие "краты") - даже лестницу в подъезде убрать некому",  "Ельцин (Чубайс) во всем виноват" и т.п.

Пока еще сохраняется (хотя и размывается) высокий человеческий потенциал: всокий образовательный уровень, элитный уровень профессионализма в ряде сфер. Опыт 1991, 1993, 1998 годов убедительно и  веско продемонстрировал горькую  и мудрую сдержанность и стойкость граждан, которые оказались мудрее и зрелее своих властителей.  Очевидно, сыграли свою роль и всеобщее среднее образование, и просвещающая роль средств массовой информации. Неизбывная талантливость, смекалистость и предприимчивость русского народа, русского человека были убедительно (правда, в своеобразной форме) явлены миру бизнесменами,  челноками", проститутками, преступниками - стоило только чуть приоткрыть  железный занавес. Если к этому еще добавить неприхотливость и долготерпение, то можно только поражаться неумению новейших российских реформаторов и правителей использовать такой потенциал.

Медленно, со скрипом, но возникает  правовая  культура, вызревает сознание, что есть и должна быть высшая власть закона, перед которой должны уступать амбиции и целесообразность политиков любого уровня. Худо-бедно, с извращениями, злоупотреблениями, но делает свое дело приватизация,  формирующая не пресловутое "чувство хозяина",  собственность и собственников.

Будущее России существеннейшим образом зависит от того,  как будет поделена общенародная собственность. Либо будет создан настоящий middle-class (инженеры, предприниматели, ученые, профессура, врачи, учителя, чиновники) - подлинный гарант социальной стабильности. Либо диктатура немногих обеспечит сохранность     несправедливо захваченной собственности. Либо - перспектива очередного "черного передела", "грабижек" и  всеобщее "кормление", т.е. очередная национальная катастрофа.

Нельзя не отметить обнадеживающую демилитаризацию - несмотря на чеченскую авантюру - политики, экономики, общественного сознания. На смену ксенофобии  приходит осознание своего места и своих интересов среди мирового сообщества.

И наконец,  главная необратимость, главная надежда - это то, что в новых условиях вошли в жизнь фактически уже два поколения - не зашоренных и не оболваненных, немного циничных, но зато рассчитывающих исключительно на свои силы.

Главная проблема России - не экономика. Эксперты авторитетнейшей международной консалтинговой компании McKinsey во главе лауреатом Нобелевской премии по экономике Р.Солоу в результате глубокого анализа состояния и перспектив российской экономики пришли к неожиданному для них самих выводу: высокая инфляция, финансовые кризисы и экономическая нестабильность - факторы второстепенные и не играют решающей сдерживающей роли в сдерживании экономического роста, реальный потенциал которого - не менее 8% в год (уже в 2000 г.!). Сдерживающие факторы лежат не в экономической, а в политической и  социально-культурной сферах.[1]

Главное - возможность и способность выстроить Россию как «дом свободы и справедливости». Пора начать жить своим умом, обрести собственное сознание. Какова роль бизнеса и менеджмента в решении этих проблем?

Российское государство – одно из немногих, претендующих на серьезную роль в мире, и в которых на протяжении всей истории не собственность рождает власть, а наоборот – власть рождает собственность и постоянно ее переделивает. Как писал В.В.Розанов: "В России вся собственность только от того, что либо в подарок выпросил, либо ограбил кого". Только за последние полтора столетия в стране радикально, с помощью властного вмешательства несколько раз менялись собственники: Великая реформа, "коллективизация" («великий перелом») и реформы начала 1990-х.

Российско-советский опыт - опыт имперского общественного обустройства по преимуществу. Величие империи - величие внеэтнического государства, ответственность, долг и самопожертвование перед ним, особенно у служилых сословий. Российская стабилизация всегда базировалась на  определенном консенсусе в рамках системы  служилого государства. Крестьянство соглашалось выносить тяготы подневольного труда до тех пор,  пока видело,  что правящая элита несет свою долю тягот. Всеобщность служилой аскезы и выступала  основой  консенсуса. Указ о дворянской  вольности означал сепаратный выход дворянства из этой системы, что обессмысливало пребывание в ней остальных, а после Петра крестьянство все более отбрасывалось к полюсу, диаметрально противоположному европеизированной элите. Большевизм, срывший вестернизированную элиту, по многим показателям отбросивший  Россию назад, по-своему восстановил консенсус служилого государства. Сталинизм не только вернул крепостничество, но и возвратил систему тотальной рекрутчины, подчинив ей и правящую номенклатуру. Брежневский "застой" нарушил этот баланс. Номенклатура вновь сепаратно вышла из служилого консенсуса, реализовав паразитический образ жизни в гарантии личной неприкосновенности и безнаказанности.

Опасность нынешней "прихватизации" в том, что она пытается конституционно закрепить эту ситуацию. Потребительский и хищнический индивидуализм new russians оказывается в значительной степени эмиграцией  из национальной жизни, как демонстративный разрыв с традициями "советского народа". Но, узурпировав собственность, элита добилась не менее агрессивного ее неприятия  населением и дискредитации ценностей демократии и либерализма. А попытки найти поддержку на Западе ведут к далеко идущим уступкам в вопросах, жизненно важных для России, торговле национальными интересами и опять же - росту внутреннего напряжения в стране.

Без сильного государства России не обойтись, как не обойтись без него любому современному обществу и человечеству в целом.  Но сила его не может быть имперски-тоталитарной.  Сила его может быть основана только на человеческой свободе.

Традиционный ответ России на вызовы истории  -  усиление власти и насилие,  включая принудительное нововведение и реформирование, жесткая организация,  контроль,  подтягивание  резервов и ...  потери - обязательные и большие. Аналогичное  происходит и в наши дни. Опыт с Чечней в этом плане в высшей степени показателен. Однако, нынешняя ситуация отличается  парадоксальностью: как и прежде все еще нельзя без насилия, но и уже невозможно с насилием.

            Нынешние отношения российской государственной бюрократии и бизнеса блокируют развитие конкурентных рыночных отношений, делают заведомо невыполнимыми любые программы по стимулированию малого среднего предпринимательства. Бюрократия заинтересована не в развитии конкурентной среды, а в сохранении монополизма, позволяющего ей продавать свои услуги по устранению реальных и возможных конкурентов отобранных ею монополистов.

Столь же избирательна позиция властной бюрократии и к праву. Идея правового государства, как государства, ограниченного законом продолжает оставаться органически чуждой российской бюрократии, которая предпочитает использовать закон и правоохранительные структуры как "дубину" для устранения неугодных. Бесконечные "маски-шоу" в офисах демонстрируют, что власть предпочитает принцип "разделяй и властвуй", заставляя бизнес договариваться с нею индивидуально или группами, что подрывает перспективы реального экономического роста.

По данным различных исследований, сегодня государственный служащий, независимо от возрастной и должностной категории, считает, что процесс принятия решений  должен оставаться абсолютно закрытым. Эта ситуация выражает корпоративный интерес бюрократии, но противоречит консолидации общества. Особенно остро это противоречие проявляется при принятии решений, относящихся к использованию бюджетных средств, вопросов социальных гарантий и поддержки малоимущих слоев населения, расширению и углублению приватизации.

В нынешней России правящий класс закрыт, непрозрачен и практически не зависит от налогоплательщиков, не говоря уже о гражданском обществе. Вместе с тем, исследования показывают неоднородность российского чиновничества. Часть из них просто ежемесячно приходят за зарплатой, время от времени беря взятки в качестве "кормления". У других – в основном, у остатков кадров советского аппарата - чрезвычайно развита мотивация служения государству. Не доверяя демократии, бизнесу, они также предпочитают корпоративную закрытость. Более открыто - в силу связей с мобильными слоями общества - так называемое "новое" чиновничество, пришедшее в госаппарат из бизнеса. Именно эта группа может стать опорой административной реформы. Но и этот канал обновления аппарата в последнее время оказался практически перекрытым.  

Проблема повышения эффективности административного аппарата заключается не столько в обеспечении достойной заработной платы, сколько в установлении зависимости заработной платы от эффективности работы конкретного чиновника, прежде всего – эффективного использования находящихся в его распоряжении ресурсов.

В организации работы госаппарата главной проблемой является совмещение двух отмеченных ранее противоположных ориентаций: на работу по правилам и работу на достижение конкретной цели (результата).

Нынешняя государственная бюрократия не может обеспечить игру по правилам, что очень важно для созревания демократических и рыночных институтов. Эта проблема связана, прежде всего, с неэффективностью механизмов принятия решений, с коррупцией и общей непрозрачностью государственной службы.

Другой важнейшей проблемой является неудовлетворительное качество услуг и решений государственной службы, что обусловлено спецификой принятия решений и особенностями мотивации чиновников.

Наконец, государственные структуры переполнены работниками низкой квалификации, в то время как государство не может позволить себе достойно оплачивать работу высококвалифицированного специалиста, который один мог бы заменить 5-6 некомпетентных работников.   

Поэтому ключевой момент в административной реформе – четкая структуризация задач и функций каждого звена и каждой должности административного аппарата, определение количественных и качественных критериев (показателей, индикаторов) реализации этих функций, мотивационное подкрепление ресурсами, стимулами и полномочиями. Только на этой основе возможно движение вперед.

 

Формы социальной ответственности и социальные инвестиции бизнеса

Современный бизнес втянут во множество связей и отношений: с потребителями и экспертами, партнерами и конкурентами, кредиторами и инвесторами, властями и консультантами, журналистами и общественными организациями. Немаловажное значение в этой системе связей и отношений играют спонсорство, патронаж и благотворительность, связанные с организационной, экономической, прежде  всего - финансовой поддержкой проектов и программ в социальной сфере, науке, образовании, культуре, искусстве, деятельности соответствующих учреждений и организаций, коллективов, начинаний, инициативных групп, отдельных лиц. Нередко эти проекты и программы далеко выходят за рамки сферы непосредственной деятельности коммерческих, промышленных, торговых фирм.

Социальная ответственность бизнеса многогранна. Она включает в себя:

·         имущественную ответственность перед инвесторами, акционерами и кредиторами за их собственность;

·         перед потребителями и клиентами - ответственность за качество товаров и услуг;

·         перед работниками – ответственность за рабочие места, занятость, охрану труда;

·         перед населением – за охрану и восстановление окружающей среды;

·         перед государством – за соблюдение законов, включая уплату налогов;

Генри Форд – человек, славившийся трезвым умом и здравым смыслом, сомневался в целесообразности благотворительности, считая более оправданным социальным вкладом бизнеса его расширение, а значит - создание и увеличение рабочих мест.

Некоторые виды ответственности выражены и закреплены в законах, т.е. носят правовой характер. Некоторые имеют моральный характер, но от этого не становятся менее жесткими – например, контроль со стороны общественных организаций и СМИ.

Важно понимать, что социальная ответственность бизнеса возможна только при ряде условий:

·         главное – это возможность бизнеса принимать самостоятельные решения, ответственность не может быть "обязаловкой", из-под палки или из-под "дубины", которая в руках власти и которой эта власть "пользуется один раз", или требований "делиться надо";

·         ответственность это и понимание последствий самостоятельно принятых решений – следствий и результатов как непосредственных, так и последующих, опосредованных;

·         способность видеть цели и смысл развития бизнеса в контексте развития общества;

·         желание принимать решения, способствующие развитию общества.

            Можно ли этому научить? Можно ли это воспитать?  Научить – значит дать знания, привить умения, навыки. Воспитать – значит усвоить нормы, традиции, добиться единства мысли, слова и поступка. Какие бы усилия в этом направлении не предпринимались в нынешней России – при столкновении с реальной практикой эти знания и мотивация испытываются на излом. Российское общество конца ХХ – начала XXI столетий – общество с чудовищной энергетикой. В стране произошел очередной "большой хапок" и ведется отчаянная борьба за удержание его результатов, и предпринимаются не менее отчаянные попытки добиться передела этих результатов. Когда не то что на компьютере или калькуляторе – на пальцах считают: что дешевле – купить тебя или убить. Когда мысли у предпринимателей короткие – как заячьи хвосты: "нам бы только день простоять, да ночь продержаться!" 

Мировой опыт показывает, что социальная ответственность бизнеса вызревает по мере развития и бизнеса и общества. Бизнес сам по себе не плох и не хорош, он, как и молодежь, такой, каким заслуживает его общество.

Так в истории американского бизнеса четко различаются три стадии зрелости:

(I)                 Стадия "сильных личностей" и их "войны всех против всех", когда главными проблемами являются  – самоутверждение за счет удержания и расширения захваченного жизненного пространства, когда выживает сильнейший и он претендует (по праву сильнейшего) на распоряжение ресурсами, управление более слабыми, на льготы и преференции.

(II)              Стадия "служения" – когда главной проблемой становится летитимизация бизнеса, его самооправдание перед обществом: в глазах государства, граждан. На этой стадии развиваются спонсорство, патронаж, благотворительность. Разъясняются цели бизнеса и перспективы его развития.     

(III)            Стадия "социального партнерства", собственно социальной ответственности, когда бизнес, утвердившись в обществе и общественном мнении, переходит от самооправдания к развитию конструктивных социальных связей – социальному партнерству со всеми компонентами социальной среды. Иначе говоря, формированию зрелых и полноценных - буквальных Public Relations.

Эти же этапы, так или иначе, но проходит бизнес в любом обществе.

Так, российский бизнес, похоже, начал втягиваться в переход от первой стадии ко второй. Кое-кто посчитал, что можно уже переходить к третьей, и - был непонят и ждет суда в Лефортово.

В современном российской ситуации существует "вилка". С одной стороны быстрое освоение технологии бизнеса и понимание "умом", по западным прописям, необходимости социального партнерства. С другой, - жизнь, ткани жизненных отношений в обществе еще не сложились.

Да и что такое социальная ответственность в нынешней России с нее неустояшимися и "неуставными" social relations?

Ответственность - по отношению к кому, перед кем? По отношению к своим работникам? В условиях фактической безработицы они практически рабски зависимы и стерпят любое – лишь бы платили хоть какую-то зарплату. По отношению к потребителям, партнерам, кредиторам? Так ведь в особом почете – "кидалово", да еще с привлечением власти. По отношению к государству? Так у чиновников глаза как экраны в игровых автоматах, где только цифры и крутятся. По отношению просто к людям? Кому конкретно? Соседям? Любимой теще? Друзьям? 

Ответственность – в чем? Помощи деньгами? Всем желающим не хватит. И вообще, ответственность – это когда я должен от себя отрывать? Или "на тебе Боже, что нам не гоже"?

Ответственность – почему? С какой стати? Добровольная или вынужденная? Бескорыстная или с расчетом? А может – из тщеславия?

Где питерский предприниматели Г.Найденов, М.Смолянский, "Астро-банк", славившиеся в начале 1990-х меценатской деятельностью? Эти романтики сгорели как мотыльки в лучах жаркого интереса местных чиновников. Руководитель компании, несколько лет обеспечивавшей северный завоз, до которого у государства не доходили руки, и взявшей на себя заботу о детях погибших офицеров, - все тот же лефортовский сиделец. 

Зато угробивший лучшую российскую телекомпанию "Газпром" тратит $11,5 млн. на то, чтобы привезти в Москву бродвейский мюзикл "42nd street", провалившийся в столице. Р.Абрамович возит ежегодно всех чукотских детей на юг к морю, покупая на еще большие деньги футбольных звезд для лондонского "Chelsy". Подготовка 300-летия Санкт-Петербурга сопровождалось жестким стимулированием органами власти "благотворительности" со стороны бизнеса. Это – социальная ответственность бизнеса по-русски?

Скорее, все это – издержки времени, издержки развития. Современный российский бизнес закрыт от общества, даже для своих акционеров (как один из собственников "Газпрома", получивший на свои три ваучера или  96 акций за 10 лет дивидендов на сумму 156 рублей, знаю об этом не по-наслышке). Он изрядно криминализирован. Циничен по отношению к персоналу. Беспринципен по отношению к вкладчикам, инвесторам, налоговым службам. Он ориентирован на быстрое обогащение: либо на основе эксплуатации невосполнимых ресурсов, природной ренты (нефти, газа, полезных ископаемых, леса), либо простого, в том числе – силового присвоения чужого (банкротство, "недружелюбное поглощение"). Короче говоря, он БЕЗОТВЕТСТВЕНЕН. Он с упоением переживает свой героический этап "сильных личностей" и "войны всех против всех". Или пережил. А тем, кто заигрался, государство уже недвусмысленно намекает, что пора уже переходить к "служению".

Как известно, различаются, как минимум, четыре модели public relations:[2]

(1) Манипулятивная модель - манипуляция общественным мнением,  его однонаправленная обработка для достижения коммерческих целей фирмы.  На ранних стадиях формирования рыночной экономики такая трактовка PR, фактически, неизбежна, что убедительно подтверждает практика современного российского бизнеса с его «заказухой», компроматом и прочими спецоперациями. Однако, по мере вызревания рыночных отношений, стабилизации экономики, социально-политической жизни, все более отчетливо проявляются не только ущербность и недальновидность такого подхода, но и его непосредственная опасность для долговременных интересов и целей фирмы.

(2) Модель информирования. Этой модели характерен переход от пропагандистско-рекламного воздействия к информированию общественности  в целях разъяснения намерений и возможностей фирмы для того, чтобы социальная среда фирмы правильно понимала и адекватно реагировала на действия фирмы,  положительно относилась к ней и поддерживала ее. 

(3) Модель взаимопонимания. В этом случае речь уже идет не только о стремлении быть правильно понятыми, но и понять других, их интересы. 

(4) Модель социального партнерства. Наиболее зрелая модель, ориентированная на изучение, анализ и осмысление общественного мнения и социальной среды в целом, установление взаимно-ответственных партнерских отношений, как с рыночной, так и социальной средой фирмы: органами власти, СМИ, общественными организациями, неорганизованной общественностью, собственным персоналом.

Каждая из этих моделей не лучше и не хуже других – она может быть адекватной или неадекватной состоянию общества, в котором действует бизнес. Также как если на телегу поставить реактивный двигатель, такая телега далеко не уедет, так и в современном российском обществе партнерская модель вряд ли может оказаться полноценно эффективной. Пока еще сохраняется действенность откровенного манипулирования. Получается, что этапу "сильных личностей" соответствует манипулятивная модель PR, практика "черного пиара". На этапе "служения" востребованы  информационная и разъяснительная модели. Этап социального партнерства соответствует экономической и политической стабилизации общества.

Полноценные PR –фактически и реально – являются  подлинной тканью гражданского общества, т.е. общества, способного к самоорганизации. Более того, PR – реальная самозащита такого общества от неограниченного произвола власти: для бизнеса и для ученых, для художников и самих политиков. PR, понимаемые как социальное партнерство наглядно демонстрируют, что все мы в одной лодке. Это и есть главная роль PR именно как Relations – информация и разъяснение, учет интересов и выстраивание их общности.

Можно утверждать, что социальное партнерство и, как следствие, социальная ответственность бизнеса – это, конечно же и прежде всего, - качество и эффективность самого бизнеса: качество товаров, высокая доходность, занятость, налоги. Но это и социальные отношения, обеспечивающие развитие бизнеса: сотрудничество и социальное партнерство с властями, со СМИ, с организованной и неорганизованной общественностью; развитие организационной и корпоративной культуры самой фирмы.

Думается, что весьма полезным было бы переосмысление советского опыта планирования социально-экономического развития (ПЭСР) трудовых коллективов и регионов. В методиках такого планирования разработаны направления, системы показателей, совершенно по-новому актуально выглядящие в наше время.

Все большее количество предпринимателей начинают понимать важность и полезность возрождения профсоюзов и советов трудовых коллективов, опущенных в 1990-е "ниже плинтуса". Полноценные отношения с профсоюзами, заключение коллективных договоров в наше время – мощный ресурс легитимизации бизнеса. Как правовой, так и моральной.

Только на этой основе, только решив эти вопросы можно приступать к социальным инвестициям в виде спонсорства и благотворительности. Социальная ответственность бизнеса – это не манипулятивный пиар, не просто реклама. Не случайно по данным исследований, проведенных в 2001 году[3] на вопрос "как они понимают социальную ответственность", представители российского мелкого и среднего бизнеса ответили следующее: создание и обеспечение рабочих мест - 95%; забота об окружающей среде - 48%; соблюдение законов - 27%; благотворительность - 3%. Эти данные почти совпадают с данными опросов, проводимых за рубежом. Иначе говоря, наш бизнес развивается закономерно. А общемировая тенденция такова, что за тот же 2001 год, социальная ответственность повышает рыночную стоимость компании, особенно при размещении ценных бумаг на мировых фондовых рынках. А по данным опросов в 23 странах, включая Россию, выбор потребителей в пользу товаров и услуг социально-ответственной компании имеет следующую динамику: в 1993 году – 62%; в 1997 году – 76%; в 1999 году – 83%. Динамика показательна, очевидна и убедительна.

Современный российский бизнес осваивает новые пока для него технологии взаимодействия с обществом. Этот процесс «вовлеченности» часто реализуется в виде двух основных  форм социальных инвестиций – благотворительной помощи и спонсорской поддержки. Все чаще  бизнес интегрируется с культурой, наукой, здравоохранением,  образованием, искусством, спортом. Тем не менее, основным делом бизнеса остается бизнес - не больше, но и не меньше! И именно поэтому современному бизнесу необходимы социальные проекты и социальные инвестиции:[4]

(1)    На современном рынке потребителя всерьез интересует не только соотношение цены и качества, но и «общественное лицо» производителя. Например, еще в 1998 — 1999 годах компания «Балтика» начала делать акцент на своей экологической направленности - на бутылках появилась информация о том, что  производство компании  не наносит вреда окружающей среде.

(2)    Компании, в которые сделаны долгосрочные инвестиции, экономически заинтересованы в положительном имидже и достойной репутации. Чем выше рейтинг  репутации, тем выше  рыночная стоимость  акций. 

(3)    Государственная  система  не в силах  в необходимом объеме осуществлять меры  по  социальной защите населения и  эффективно решать социальные проблемы. Особенно остро  это ощущается в российских  регионах. Поэтому от бизнес-структур все чаще требуют  занять  место в качестве новых  субъектов социальной политики. Эти требования предъявляют и общественные организации, и органы государственной власти, и органы местного самоуправления, и представители общественности — именно те, чье мнение и поведение может повлиять на благоприятное  развитие компании. В советские времена на плечах крупных и не очень предприятий традиционно "висел" весь местный "соцкультбыт" школы, детские сады, больницы. До сих пор крупные компании,  уже приватизировавшись, поддерживают предприятия социальной сферы. У этой  добровольно-принудительной традиции есть свои минусы и свои плюсы. В нынешних условиях минусов стало значительно больше. Но бизнес-среда уже формирует  собственные «социальные привычки», направленные, в первую очередь, на оздоровление «среды  обитания». Например, в ОАО “Нефтяная компания “ЮКОС” создан фонд «Ветеран-петролеум», в управлении которого находятся 10% акций компании. Фонд финансирует миграцию работников с северных территорий,  давая своим собственным сотрудникам уверенность в завтрашнем дне. Подобная активная  социальная  политика становится залогом успешного функционирования бизнеса в регионе.

(4)    Растущая социальная вовлеченность бизнеса связана и с развитием некоммерческого сектора (НКО). Восприятие бизнеса как партнера в социальных мероприятиях уже вполне сформировано и встречает понимание и у НКО, и у самих предпринимателей, и у органов власти. Примером могут служить конкурсы «Социальное партнерство»  проводимые в рамках Окружной ярмарки социальных и культурных проектов Приволжского федерального округа.[5] Конкурсы объединяют ресурсы коммерческого, некоммерческого секторов и государства для решения конкретных острых проблем – от помощи бездомным до развития Интернет-образования. В среднем на каждый бюджетный рубль удается привлечь три рубля пожертвований и вкладов. Примерно каждый восьмой представленный проект получает необходимую поддержку.

(5)    Благотворительные и спонсорские проекты превосходно дополняют инструментарий маркетинговой и PR-деятельности любой фирмы:[6] расширяют  круг партнеров бизнеса, создают больше возможностей для рекламы, содействуют развитию и укреплению корпоративной культуры, укрепляют положительную известность. И, разумеется, служат постоянным и добросовестным  доказательством стабильности бизнеса  в регионе, в стране. Так Альфа-банк, крупнейший отечественный частный банк, много лет последовательно  реализует программу развития российской культуры. Эта деятельность неотрывна от его корпоративного культурно-интеллектуального имиджа. Поддержка культурных ценностей — превосходный помощник в продвижении банка как  устойчивого финансового института.

(6)    Возрастает потребность бизнеса в общественной стабильности и социальном доверии. Социальная стабильность или социальные конфликты и, как следствие,  политическая стабильность или потрясения — предмет выбора  делового мира,  может быть, в большей степени, чем рядовых граждан. Доверие к бизнесу падает, когда он увлекается исключительно ростом прибылей,  уклоняется от участия в решении важных социальных проблем, проявляет безответственность, дает меньше, чем  от него ожидают. Демонстративная бесконтрольность и безнаказанность теневого бизнеса в российских условиях усугубляется отсутствием правовых гарантий, реальных традиций демократии и гражданского общества. Современный  бизнес — это, прежде всего, бизнес на репутации. Стремление к устойчивой репутации непременно приводит бизнес к партнерству с органами государственной власти или некоммерческими структурами в решении неотложных  социальных задач.

(7)    Потребность в новых технологиях работы с персоналом - еще одна важная причина социальной активности бизнеса.[7] Инновационный характер современного менеджмента, требование перманентных нововведений предъявляют радикально иные требования к управлению персоналом. Главным становится не столько система стимулирования в виде поощрений и наказаний, сколько  мотивация конкретных работников и формирование оптимальных условий для работы, а так же для развития чувства сопричастности единому делу.

«Общность интересов  важнее  разговоров  о дружбе» - это правило можно распространить на весь современный бизнес.

 

Бизнес и власть: диалог или общее дело?

Социальные контакты интегрирует бизнес в общество. Конечным результатом этой интеграции является постепенное формирование гражданского общества. И только тогда можно будет реально говорить о процессах социального  и экономического выздоровления российской нации.

С другой стороны, и российский бизнес не готов консолидироваться и занять толерантную, но независимую позицию в отношении к власти. Одновременно он не готов и к конструктивным, долговременным отношениям с организованной общественностью, ограничивая их спонсорской поддержкой и благотворительностью, трактуемыми преимущественно как получение рекламных и PR-услуг.

            Современные демократические отношения не могут декретироваться и насаждаться сверху. Они появляются и формируются по мере того, как народы, осознав общую взаимозависимость, учатся сами справляться с проблемами коллективной организации жизни. 

            Гражданское общество в западно-европейских странах  возникло благодаря консолидации различных групп городской ремесленной и торговой буржуазии. Россия развивалась другим путем. У нас в советское время в противостоянии тоталитарному режиму сложилась демократическая традиция  правозащитного движения. Однако х отстоять идеалы и завоевания последних полутора десятилетий можно только в том случае, если будет найдено взаимопонимание между формирующимся гражданским обществом и бизнесом, если предпринимательское сообщество будет связано с общественными организациями, некоммерческим сектором теснее, чем с государственной властью.

            В настоящий момент российский бизнес – самая активная, мобильная часть общества, наиболее четко и внятно представляющая не только собственные интересы, но и приоритеты развития страны, свою роль и возможности в этом развитии. Но его связи с институциями гражданского общества все еще очень слабы. 

Российскому бизнесу – по крайней мере, многим его группам – не хватает не желания  выйти из "тени", а силы и независимости, чтобы такой выход осуществить. Ему не хватает общественной и политической поддержки – не эпизодической и избирательной, а постоянной и общей.

Он нуждается в том, чтобы общество воспринимало его как носителя не только частных и групповых, но и общенациональных интересов, чтобы общественность ясно представляла себе причины, которые мешают отечественному бизнесу состояться в таком качестве.

Российскому бизнесу трудно консолидироваться просто потому, что этому препятствует его конкурентная природа. Тем не менее, у предпринимателей и топ-менеджеров появилось общее понимание, что они смогут жить, работать  и конкурировать только в демократической стране со свободной экономикой. Отстаивать эти интересы должны институты гражданского общества: политические партии и неполитические общественные организации. Однако в нынешних условиях даже политические партии боятся власти и активно ищут свое место в созданной ею "вертикали". Это дорого обходится российскому обществу.

Трудно упрекнуть нынешние российские либеральные партии в том, что они ничего не делают, чтобы изменить ситуацию. В их политико-идеологических документах и материалах, публичных выступлениях лидеров более чем достаточно слов о необходимости и важности развития правового государства и гражданского общества в России, равно как и о готовности содействовать их становлению и развитию. Однако за этими словами не просматриваются опора на конкретное понимание ситуации в регионах и стране в целом.

Либеральная идеология в России как идеология не новой бюрократии, а идеология законопослушного и ответственного предпринимательства еще не состоялась.[8] Российский бизнес - особенно и в первую очередь малый и средний - остро нуждается в реальных политиках и идеологах, способных публично выражать его интересы, не реализованные и не реализуемые при нынешних обстоятельства возможности.

   Не повернулась лицом к отечественному бизнесу и организованная общественность, относящаяся к новому российскому предпринимательству двояко, если не шизофренически.С одной стороны, высокомерная ксенофобия: "наворовали", "разрушают высокую нравственность и духовность". С другой – агрессивное иждивенчество: "делиться надо", "пусть платят деньги, да побольше - у них они есть".

История, в том числе – отечественная, показывает, что в неразвитой социально-политической среде "партнерство" бизнеса и гражданскими объединениями приобретают патронажно-клиентальную форму. В таких случаях бизнес воспринимается общественностью исключительно в качестве "донора", а его помощь общественным объединениям воспринимается общественным мнением как обеспечение лояльности "клиентов" и мобилизации их активности в интересах патрона.

Характерна в этом плане позиция правозащитного движения – единственного независимого и открытого критика власти. В настоящее время оно напрочь не интересуется реальными проблемами отечественного предпринимательства, не доверяет ему, ошибочно полностью отождествляя российский бизнес с бюрократической элитой. В результате проигрывают как бизнес, так и само правозащитное движение, все более воспринимаемое общественным мнением как сохраняющийся только в силу исторической инерции осколок советского диссидентства. 

            Между тем, дальнейшее существенно зависит от перспектив восприятия общественным мнением отечественного бизнеса как решающего фактора развития российского общества. Примеры послевоенного развития ряда стран Европы убедительно показали, что возникновение партнерских отношений в обществе – не причина, а следствие высокого общественного доверия к бизнесу. 

До недавнего времени корпоративное представительство бизнеса развивалось в основном эволюционно. С приходом к власти В.В.Путина в отношениях государства и власти стали складываться новые правила игры, которые, помимо прочего, способствовали повышению статуса и роли бизнес-союзов, ассоциаций. Можно сказать, что с "возрождения" РСПП осенью 2000 года можно говорить о все большей корпоративизации взаимоотношений бизнеса с государственной властью. В 2001 году при активном содействии Кремля появились новые объединения российского бизнеса: "Деловая Россия" и "ОПОРА". С начала 2002 года, с приходом Е.М.Примакова, резко возрос политический вес Торгово-Промышленной Палаты.

            Перспектива формирования под патронажем президентской администрации все новых корпоративных бизнес-объединений, привязанных к конкретным отраслям подталкивает развитие взаимоотношений власти и бизнеса к "крупноблочной" структуре гражданского общества. Выбирая сильных и лояльных корпоративных партнеров, власть следует определенной политической логике, рассчитывая на развитие устойчивых отношений. Проблема в дальнейшей перспективе, которая может быть двоякой: либо вперед, к развитому  и сильному гражданскому обществу, либо назад, к декоративным гражданским институтам типа "советской общественности".

            В отношениях общества, бизнеса и государства в современной России ключевая роль принадлежит государству.[9] Именно оно является системообразующим фактором, оптимизирующим возможности и перспективы экономического, социального и культурного развития Российской Федерации. Более того, России и современному российскому государству предстоит осуществить труднейший, можно сказать – эпохальный исторический переход, сутью которого является движение от парадигмы служения государству к парадигме обслуживания государством общества.

Между тем, многие проблемы вызваны отказом нынешней власти от диалога с деловым миром, переход к монологу с позиции силы. Попытки наладить такой диалог, предпринимаемые бизнес-сообществом, во-первых, лукавы, а во-вторых, думается, лишены перспективы, если будут ограничены именно "диалогом".

Лукавы - потому как, кто как не бизнес привел и сформировал новую российскую власть? Кто финансировал избирательные кампании "Единой России"? Кто проталкивал в ее списки своих людей? Кто с помощью прокуратуры и ФСБ топил конкурентов? Проблемы начались, когда стало ясно, что эта власть стала приводить новых собственников и начала очередной виток передела собственности.

А лишены перспективы, потому что диалог власти и бизнеса тет-а-тет, всегда будет сведен к одной теме, одному вопросу: "сколько?" На самом деле такой диалог предполагает присутствие третьего, учет интересов которого – принципиально важен. Этот третье – общество. Если бизнес и власть погрязнут в своих разборках, забывая о своей ответственности перед обществом, то за ними скоро придут. Если этого не понимать, то останутся не понятыми уроки 1905-1907, 1927-1929 годов. И будет не понятно, что происходит в наши дни.

Проблемы России – проблемы догоняющей модели развития. Страна почти 200 лет не может пройти первоначальное накопление. В Западном мире, Восточной Азии собственность и собственники формировались из поколение в поколение. Поэтому они не оспариваются и не ставятся под сомнение – ни в правовом, ни нравственном плане. В России же первоначальное накопление происходило и происходит в России исторически мгновенно, на глазах одного поколения. Поэтому новые собственники и их собственность не имеют оправдания. "Какое оно твое? С какой стати? Оно же было общее! Значит и мое тоже." И начинается "черный передел", "грабижки", когда крестьяне понимают, что земли без выкупа не будет. Начинается массовая поддержка "раскулачивания" и экспроприации нэпманов. Сейчас опросы показывают: 68% населения считают приватизацию грабежом, а новых собственников ворами и грабителями, но 63% хотят и готовы стать собственниками. Это не шизофрения, а ситуация 1927-1929 годов.

Ситуация усугубляется еще и проблемой современной молодежи. Новые российские собственники разбогатели молодыми – в 30 лет. А уйдут они не скоро. У нынешней молодежи оказался резко опущенным потолок возможного роста – имущественного, карьерного. И с каждым годом давление в этом котле только нарастает. Какие перспективы у нынешней молодежи? Уезжать – готовы и хотят не все. Безработица -  отсутствие перспектив – наркотики – преступность? Или отобрать у "папиков" и переделить? Молодежь оказывается мощным ресурсом для безответственных популистов и манипуляторов-авантюристов. И тогда "Идущие вместе" и лимоновские нацболы окажутся ромашками-одуванчиками. Опыт маоистских хунвэйбинов и "красных кхмеров" слишком нагляден и убедителен.  А российская молодежь уже к этому готова - только укажи пальцем.

Поэтому тема "бизнес и власть" может обсуждаться только в этом широком контексте. Иначе страну ждет очередной срыв, из которого она уже может не выйти.

 

              Элементарный здравый смысл подсказывает, что будущее именно за честным бизнесом и культурой менеджмента, без которых немыслимы public relations, работа с персоналом, практическая этика бизнеса и т.д. Подготовка компетентных менеджеров необходима современной России как воздух. Об этом говорят руководители страны, от нехватки квалифицированнных управленцев стонут регионы, предприятия и целые отрасли, остроту проблемы чувствуют на себе "рядовые граждане".

Ставка на копирование зарубежного опыта себя не оправдала - он сформировался в иных социально-культурных и религиозно-нравственных условиях. Вряд ли решает проблему полностью и расчет на привлечение зарубежных лекторов, специалистов. Богатый опыт последних лет по реализации совместных образовательных проектов и программ убедительно продемонстрировал, что зарубежный опыт не может быть просто перенесен на российскую почву. Его использование в России предполагает серьезное переосмысление его, причем в контексте все тех же особенностей отечественной практики. По тем же причинам оказывается малоэффективной и подготовка отечественных менеджеров в зарубежных образовательных центрах. Если только, разумеется, речь не идет о подготовке для деловой карьеры за рубежом или внешнеэкономической деятельности.

            Решение напрашивается. Современные квалифицированные и компетентные российские менеджеры могут быть выращены в самом отечестве, с учетом состояния и перспектив развития отечественного бизнеса. Острой необходимостью стали осмысление опыта успешных отечественных менеджеров и предпринимателей; поиск и поддержка талантливой перспективной молодежи, имеющей деловую хватку, склонной к поиску нового, обладающей задатками лидера и способной к ответственным решениям и поведению; объединение усилий средней и высшей школы, государственных органов и продвинутой части делового мира. И работа с ними должна вестись общими усилиями, включая не только высшее и среднее специальное образование, но и школу, а возможно и дошкольные учреждения.

Проблему можно решить только объединив усилия средней и высшей школы, государственных органов и продвинутой части делового мира. Эта концентрация сил должна привести к созданию своего рода "точек кристаллизации" подготовки продвинутых отечественных менеджеров на основе осмысления продвинутого отечественного бизнеса и менеджмента, выявления, общественной поддержки, буквально - культивирования опыта успешного честного отечественного бизнеса, включая вопросы этики современного менеджмента.

            И отрадно, что процесс самоорганизации именно в этом направлении уже начался.

Но культивирование социально ответственного бизнеса предполагает некую платформу, реальные ткани реальной конструктивной культуры нравственности, опираясь на которую только и можно рассчитывать на что-то жизненное.

Группой экспертов НБФ «Экспертный институт» Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) была предложена приведенная ниже «Программа действий по оптимизации социальных инвестиций бизнеса»:

Проблема

Деловая активность в современной России сталкивается с рядом существенных проблем (вызовов):

  • отсутствие четких правовых рамок реализации социальных бизнес-инвестиций, развития социального партнерства в целом;
  • распространение на всех уровнях государственной власти практики манипулирования, использования бизнеса (как крупного, так и мелкого и среднего) для осуществления сиюминутных, не всегда стратегически и социально просчитанных целей;
  • неоднозначное общественное мнение по отношению к новым собственникам;
  • расценивание общественностью социальных бизнес-инвестиций, благотворительности и других проявлений социальной ответственности бизнеса либо как циничных попыток отмыть репутацию, либо как лицемерных попыток откупиться от власти;
  • идеи социальной ответственности бизнеса, социальных бизнес-инвестиций, развития социального партнерства активно обсуждаются с позиций власти и некоммерческого сектора, тогда как собственная позиция бизнеса в этих вопросах остается непроявленной.

Идея

Решение этих проблем, эффективный ответ на эти вызовы предполагает неотложную активизацию координированной деятельности бизнес-сообщества в плане оптимизации социальных отношений и социальной среды. Такая оптимизация становится решающим фактором развития российского бизнеса. Диалог бизнеса и власти может быть продуктивным только в контексте общности интересов, определяющимися целями развития общества. 

Направления развития социально ответственного бизнеса

            Речь идет не только и не столько о репутационном менеджменте средствами PR, сколько о выстраивании реальных и эффективных отношений с органами власти, персоналом и семьями работников, профсоюзами и советами трудовых коллективов, организованной (партиями и некоммерческим сектором) и неорганизованной (население территорий, инвалиды, ветераны, дети, малоимущие и т.д.) общественностью, СМИ.

Содержание: уровни и тематика

Содержание программы предполагает рассмотрение уровней и форм социальной ответственности бизнеса и соответствующих социальных инвестиций, а также осмысление и проработку реального отечественного практического опыта эффективных социальных бизнес-инвестиций.

Фирма:

  • разработка социальных пакетов для работников и их семей;
  • реквалификация работников;
  • развитие корпоративной культуры;
  • развитие отношений с профсоюзами и советами трудовых коллективов;
  • переосмысление отечественного (советского) опыта заключения коллективных договоров, разработки реализации планов социально-экономического развития предприятий, шефства как избирательных целевых социальных вложений.

Регион:

 - участие бизнеса совместно с органами власти в разработке и реализации проектов и программ регионального развития;

- совместно с НКО участие в системной благотворительности, спонсорстве;

- возможно создание региональных  фондов социально-экономического развития;

- работа со СМИ по формированию общественного мнения относительно социальных инвестиций бизнеса и примерам успешного социального партнерства.

Федеральный уровень
  • координация усилий бизнес-союзов и ассоциаций;
  • создание Национального Фонда социального развития (для поддержки целевых приоритетных программ социального развития), учредителями которого могли бы выступить РСПП, ОПОРА, Деловая Россия при участии ФНПР и Правительства;
  • создание при таком НФСР на базе НБФ «Экспертный институт» Центра консалтинга социальных инвестиций и гуманитарной экспертизы;
  • создание партии с ориентировочным названием Российская партия свободы и справедливости (РПСС).
Информационно-методическое обеспечение
  • разработка методики оптимизации социальных инвестиций бизнеса и оценки их эффективности;
  • подготовка и публикация соответствующего учебного пособия;
  • разработка и реализация образовательных программ и проектов: семинаров, тренингов, круглых столов, деловых игр по тематике оптимизации социальных бизнес-инвестиций;
  • формирование (совместно со СМИ) позитивного общественного мнения по отношению к социально-ответственному бизнесу, эффективным социальным бизнес-инвестициям и успешному социальному партнерству: ведение постоянных рубрик, публикация проблемных статей и других материалов, организация на телевизионных каналах специальных ток-шоу и т.д.

 

Одна из важнейших причин нынешнего общественного мнения по отношению к российскому бизнесу - в беспомощности и отсутствии возможности на что-то повлиять, демонстративная бесконтрольность и безнаказанность. В российских условиях это обстоятельство усугубляется отсутствием реальных традиций и практики демократии, правового государства и гражданского общества. Большинство фирм стремится любой ценой добиться роста доходов,  рассматривая потребителя не как партнера, а как средство достижения целей, как объект откровенной эксплуатации. Неудивительна поэтому и ответная реакция общественного мнения о российском бизнесе и бизнесменах. Чтобы бизнесу доверяли, он должен быть социально ответственным и доказывать это делом. Более того, доверие вызывает только тот, кто открыт и искренен, чье поведение предсказуемо, кто считается с мнением о нем окружающих.

 

 

 

 



[1]Коммерсантъ. № 191, 1999. С.8.

[2] Тульчинский Г.Л. PR фирмы: технология и эффективность. СПб, 2002.

[3] Благотворительность в России. Социальные и исторические исследования. СПб, 2001.

[4] См. Векслер А.Ф., Тульчинский Г.Л. Зачем бизнесу спонсорство и благотворительность. – Н.Новгород, 2002.

[5] Решение социальных проблем в местном сообществе. Российский и международный опыт. Пермь, 2001.

[6] Якимец В.Н. Социальное партнерство и маркетинг. М., 1998.

[7] Перминова С.В. Культура в системе развития деловой активности: Монография в 2- ч. СПб, 2002.

[8] Этика успеха. Вестник исследователей, консультантов, ЛПР. Вып.1-11. Тюмень-Москва. 1994-1997.

[9] Власть, бизнес и гражданское общество. М., 2003.

 

«Лысое англофильство | Curriculum Vitae»


К началу
   Версия для печати





Отзывы
Все отзывы
Оставить отзыв
Код
(введите код подтверждения)
Имя: *
E-mail:
Текст:
© 2004-2017 Antropolog.ru